РАРЧ предложила разработать новый проект закона о суррогатном материнстве (СМ), чтобы он устранял пробелы и несоответствия в действующем законодательстве и детально регулировал правовые аспекты этой деятельности, но не устанавливал бы ограничений для нуждающихся во вспомогательных репродуктивных технологиях граждан. Соответствующие предложения Совет ассоциации направил на имя заместителя директора Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Минздрава Олега Филиппова.
Возражения и комментарии экспертов Совета РАРЧ представлены в заключении на проект закона, подготовленный группой депутатов Госдумы, и в заявлении, в котором систематизированы претензии специалистов репродуктологов к документу (оба текста, а также сам законопроект доступны на сайте ассоциации).
В РАРЧ отметили, что представленный законопроект не содержит предложений по изменению федеральных законов и приказов Минздрава, регулирующих порядок оказания медицинской помощи с использованием программ СМ. Все предлагаемые изменения сводятся к запрету использования этой технологии для иностранцев. При этом запрет в формулировке законопроекта распространяется также на граждан Белоруссии и ЕАЭС, на иностранных граждан, имеющих вид на жительство в России. Он также ущемляет права на применение данного метода лечения для российских граждан, которые находятся в браке с иностранцами.
«Врачебное сообщество не имеет достаточных компетенций для профессиональной юридической оценки и суждений о допустимости такого законодательного запрета», – сказано в заключении РАРЧ.
В ассоциации указывают, что приводимые в пояснительной записке к законопроекту случаи грубого нарушения действующего законодательства (использование СМ без медицинских показаний, передача женщиной за вознаграждение генетически принадлежащего ей ребенка третьему лицу, а также скандальные истории, связанные с преступлениями педофилов) некорректно использовать как дополнительный аргумент для запрета всей технологии. «Описанные случаи преступного обращения с детьми требуют рассмотрения компетентными органами наравне с аналогичными преступлениями граждан по отношению к детям, рожденным без применения вспомогательных репродуктивных технологий и СМ», – считают в РАРЧ.
В заявлении ассоциации также говорится о необоснованности ограничений для женщин в доступе к СМ по возрасту (25–55 лет) и по семейному статусу (не ранее чем через год после регистрации брака). «Выбранные авторами возрастные рамки не имеют отношения к принятому в медицинской практике понятию «репродуктивный возраст» и важной в диагностическом отношении информации о характере половой жизни (диагноз бесплодия устанавливается на основании отсутствия беременности при «регулярной половой жизни без контрацепции в течение 1 года»)», – отмечают в РАРЧ.
Эксперты выступили и против высказанного в ходе дискуссий предложения о передаче права на проведение программ суррогатного материнства исключительно государственным учреждениям с целью предотвращения правонарушений в этой области. В то же время в РАРЧ признают, что механизмы контроля и повышения ответственности за нарушение действующих положений Федерального закона № 323-ФЗ и порядка оказания медицинской помощи с применением СМ необходимо совершенствовать. Но эти нормативные акты четко определяют показания, противопоказания и ограничения к применению ВРТ и, в частности, программы СМ. То есть «принятие рассматриваемого закона как отдельного документа представляется нецелесообразным».
Ранее один из инициаторов законопроекта член Комитета по образованию и науке Госдумы Николай Земцов сообщил, что решение о частичном запрете СМ, в том числе для иностранных граждан и лиц, не состоящих в законном браке, было принято после